Письмо Бегичеву С. Н., 31 августа 1824 -
Грибоедов А.С.
31 августа <1824>. Стрельна.
Брат любезный. Не еду к тебе и не пишу тебе, совесть мучит.
Слушай. Узнавши о твоей новорожденной, первое мое движение было
к тебе лететь, поздравить и обнять крепко-накрепко мать, отца и
весь дом; право, ходя по комнате, я уже у вас был, нянчил
ребенка, шалил с кормилицею, но проклятый недочет в прогонах все
испортил, взять было неоткуда. Лев и Солнце1 давно уже покоятся
в ломбарде, а Чебышеву задолжать — сохрани боже! Я от него сюда
бежал, в Стрельну; представь себе, что он вздумал ко мне
приписаться в самые нежные друзья, преследовал меня экстазами по
улицам и театрам и наконец переехал в три номера Демутова
трактира, и все три — возле моей комнаты: два по сторонам и один
антресоли; каково же встречать везде Чебышева! По бокам Чебышев!
над головой Чебышев! Я, не говоря ему ни слова, велел увязать
чемоданы, сел в коляску, покатился вдоль помория и пристал у
Одоевского, будто на перепутии; много верхом езжу, катаюсь по
морю; дни прекрасны, жизнь свободная.
Не сердись, мой истинный друг, где бы я ни затерялся, первый ты
на уме и на языке. Нет у меня ни жены, ни дочери. Душою
принадлежу тебе одному. Прощай.
