Письмо Булгарину Ф. В., после 16 марта
1826 -
Грибоедов А.С.
<После 16 марта.>
Любезный друг. С нами чудные происшествия. Караул приставлен
строжайший, причина неизвестная. Между тем, я комитетом оправдан
начисто, как стекло. Ивановский, благороднейший человек, в
крепости говорил мне самому и всякому гласно, что я немедленно
буду освобожден. Притом обхождение со мною, как его, так и
прочих, было совсем не то, которое имеют с подсудимыми.
Казалось, все кончено. Съезди к Ивановскому, он тебя очень любит
и уважает, он член Вольного общества любителей словесности и
много во мне принимал участия. Расскажи ему мое положение и
наведайся, чего мне ожидать. У меня желчь так скопляется, что
боюсь слечь или с курка спрыгнуть. Да не будь трус, напиши мне,
я записку твою сожгу, или передай сведения Жандру, а тот
перескажет Алексееву, а Алексеев найдет способ мне сообщить.
Vale*.
Сноски
