|
АКТ I
Дебрь, лай, звук рогов, гром бубен. Несколько охотников, потом
Родамиет
и за ним приближенный оруженосец Семпад, которому он доверяет
беспокойство
души, алчущей великих дел и ныне принужденной довольствоваться
ловитвою
вепрей и серн. Ему ненавистны и Фарасман, и римляне, и парфы, но
он сперва
ополчится на сих, а Рим страшен царю, едва твердому на
собственном престоле.
Велит пригласить к себе посланца от римских восточных легионов,
который тут
же тешится охотою. Семпад идет, Родамист раскаивается, что был с
"им
слишком чистосердечен.
Является Касперий. Переговоры, хвастовство с обеих сторон.
Римлянин
кичится свободою и славою отечества. Родамист дает ему
чувствовать, что то и
другое живо только в памяти, по преданиям. Рим рабствует и сила
его оружия
давно уже не испытана, власть царя восточного народа вернее и
чистосердечнее, - велит, и любой из дружины его пожертвует
жизнию. Касперий
не удивляется, упоминает о Деции и о многих других опытах
самопожертвования, но для благороднейшей цели. - Родамист велит
удалиться
прочим, а Семпаду готовиться к бою с тигром. Наедине с Касперием
пытается
подкупить его притворною приязнью, корыстию, честолюбием.
Касперий
непоколебим. Родамист отпускает его прежде себя на зрелище. Сам
остается
один и рассуждает; к чему такой человек как Касперийг в
самовластной
империи, - опасен правительству, и сам себе бремя, ибо иного
века гражданин.
- Коня! Коня! отправляется за Касперием на ту же травлю.
2-я сцена в царском теремном саду. По-восточному прямолинейная
аллея
чинаров, миндальных деревьев, которые все примыкают к большой
пурпурной
ставке. Около нее главные чины в раболепном ожидании властителя,
- Ярванд,
Мирван, Бахрат, Аспрух, Армасили проч.
Аспрух сидящий, все около него стоят. Он грузинин, албанского
происхождения, взят в плен Фарасманом, им вскормлен, дрался
против
соотечественников и тем гордится. Арфаксат первый по Родамисте,
все перед
ним преклоняются; он кичится тем, что знает только царево слово,
которое ему
вместо совести и славы. Толки о близком возвращении царя с
охоты, об
отправлении римского посла и о том, чтобы никто из жителей не
имел сообщения
с чужеземцами - парфы они, или римляне. Все соглашаются на всё,
что он ни
говорит, потом он уходит. Долго никто не смеет сказать своего
мнения,
наконец Армасил, славный воин, воспитанный в Риме, где он был
при Митридате,
во время его заточения, прерывает молчание и своею
откровениостию и
убеждением невольно исторгает у каждого одно желание: смерть
утеснителя. В
Бахрате, Ярванде и Мирване видны мелкие страсти. Жалобы, что все
главнейшие
места воинские и все поборы поручены грузинам, иноземцам. Один
жалуется, что
уже не он орлоносец, которого важнее преимущество, но
наследственное, по
закону Вагаршака, о котором все вспоминают с энтузиазмом, как и
с
преувеличенною ненавистию к нынешнему царю, - при венчании царя
на него
возлагать корону; другой, что, евнуху поручена царская
сокровищница, которой
он по наследству был хранителем; третий, что Аспрух первый в
доверенности
царя, когда по роду и богатству ему принадлежит сей сан. Иные
даже попрекают
царя, что он воздержан с женщинами, почти не имеет наложниц и в
пиршествах
мало участвует, что он более похож на простолюдина, нежели на
царя. Армасил
упрекает их в малодушии. Вбегает Ассюд, его остерегаются. Он
объявляет о
насильственной смерти брата, о мщении, которым пылает за сие
злодейство
против Родамиста, Армасил недоверчив. - "Отчего же ты
равнодушием его
отбиваешь от нашего сообщества?" - "Он вскормлен в царедворцах,
вчера еще
дышал милостию царевой, ныне мгновенно возбужден против него
одним внезапным
случаем, - но кто поручится: завтра не обратится ли опять
слабодушием в
ревностного ласкателя?" - "Мне ли, юноше, быть опытнее вас,
старцев? Но
помните: не но множестве сила, когда дело правое, но в
испытанном, надежном,
несомненном мужестве участников". Является юродивый, пророчит.
Он нищий
скиталец, просит милостыню или соглядатай царев? Притворно ли
проповедует,
или точно безумный? Но многие, в том числе Бахрат, его знают.
Все в него
веруют, он давно уже стяжал славу святости; пещера его в утесе,
на берегу
Аракса. - Здесь он тайными словами из Зендавесты прорицает успех
заговорщикам. Сперва тоже нем, не отваживается говорить. Армасил:
"я знаю,
отчего он немствует, - сей юноша, бывший ласкатель царев, ему
заграждает
уста". Армасил убеждает ему верить, и он религиею истинного
армянина еще
более их воспламеняет к скорейшему взрыву, назначает им ночное,
решительное
сходбище в склепе царей армянских. Заговорщики назначают ночь к
тайному
сходбищу в капище за южными врагами города. Потом пустынник
исчезает. Ассюд
удаляется с растерзанным сердцем, что никто не принимает участия
в его
скорби. Он армянин, но армяне к нему холоднее иверов. - "Я дебри
оглашу
моими справедливыми проклятьями за жестокость царя к несчастному
брату". -
Целый полк прислужников, за ними Родамист. Аспрух всех
раболепнее. -
Противуположность аспруховсй спеси с низшими и унижения перед
властителем. -
Родамист иных дарит дичью с охоты, кому благоволение, кому
грозный суд. -
Армасилу попрек, что не был на охоте. Говорит об отъезде
римлянина, с
которым он заключил союз, и о мире с парфами. Ждет от отца
подкрепления.
Все под его державою благоденствуют. "Тот день потерян, в
который я не
награждаю доблесть и не наказываю строптивых. Идите, покойтесь в
мирных
семейственных упражнениях, но не дремлет царево око. Врагов я
имею и
благодарю за них небо: они поощряют меня на Сезленостную
бодрость, неусыпные
труды и на славные подвиги".
АКТ II
Женский терем
Зенобия, Перизада и прочие прислужницы. Зенобня - дочь убиенного
Родамистом Митридата, его дяди, но выданная замуж еще прежде
смерти отца,
гаремное существо, рожденное и воспитанное для чувственного
наслаждения
супруга, и потому Перизада напрасно хочет возбудить в ней
ненависть, желание
мести, - страсти, ее невинному сердцу вовсе чуждые. Перизада ей
напоминает о
удавлении отца и кто его убийца, Зенобия едва этому верит. Отца
она мало
видала, почти не знала, муж ближе к ее сердцу, и ее долг его
любить,
угождать ему во всем и трепетать его гнева. Что приобретет она
бесплодною
местию? Успех невероятен, - способы к тому превыше женских ее
сил. Но, если
бы и удалось, - какое от того счастие? Перизада трогает ее
совесть гневом
небесным. {Сбоку, на поле листа, в подлиннике было приписано:
"Это должно
быть отнесено в I действие, между 1-й и 2-й сценой". - Ред.}
Зенобия впадает
в грусть, Перизада предлагает ей ворожбу для развлечения и
святого
пустынно-, жителя, который давно управляет ее собственным
суеверием. Его
вводят сенные девушки потаенно. Он еще более подкрепляет слова
Перизады.
Наконец Зенобия совершенно расстроена его таинственными
прорицаниями. Он с
нее берет слово, что она ночью, в сопровождении Перизады, придет
в капище
вне города, где склеп царей армянских, и мертвых зовет во
свидетели, что там
откроет ей тайну, от которой зависит будущее безмятежное течение
ее жизни.
Зенобия говорит ему, что Родамист всеми любим и злодеям страшен;
кто
покусится, восстать против него? Юродивый пустынник уверяет ее в
противном.
-----
Евнух возвещает приход Родамиста. Пустынник скрыт толпою женщин.
Сцена
Родамиста с Зенобиею наедине: она печальна; воспоминания,
которыми ей сейчас
возмутили душу, препятствуют ей предаться иному чувству.
Родамист недоволен
ею, подозревает в ней притворство, нелюбовь. Ни в ком не
уверенный,
окруженный; трепещущими рабами, скрытыми предателями и открытыми
корыстолюбцами... неужели в лоне супружеской любви нет ему
успокоения!!
Оставляет ее расстроенную и сам в волнении.
-----
Бахрат входит с Ассюдом, который уже включен совершение в тайное
умышление против Родамиста. Армасил скорбит при самом Ассюде о
сей
неосторожности. Ассюд горит нетерпением отомстить царю, Армасил
об одном его
просит, - о совершенном бездействии и о скромном сохранении
тайны. Ассюд
обещает более: он на себя берет убить царя. Армасил всем в свете
заклинает
его не предаваться сему нетерпению, что он прочих тем губит, не
совершив
ничего; наконец говорит, что их дело слишком зрело, еще
несколько мгновений,
и кто поручится, что они не будут преданы - участников слишком
много, в
которых он не уверен, и потому надобна решимость; последнее
слово - сходбище
ночью и потом за оружие. (NB. Характер Армасила самый
основательный: он не
скор, но тверд в поступках и более молчалив; опасность его не
пугает, но
неосторожности не простит себе. В 3-м действии совершенное
развитие его
характера, которому Ассюд во всем противоположен). Некоторые из
заговорщиков присоединяются к сей беседе. Вообще надобно
заметить, что народ
не имеет участия в их деле, - он будто не существует. В 3-м уже
действии
возмущение делается народным, но совсем не по тем причинам,
которыми движимы
вельможи: восстав сама собою, мгновенно, грузинская дружина
своими
буйствами, похищениями у граждан жен и имуществ восстановляет их
против
себя.
-----
Аспрух велит через евнуха, чтобы все удалились; ему повинуются.
Входит
Родамист, несколько слов с Аспрухом о порядке дружины. Аспрух
доносит о
содружестве между собою многих сомнительных царедворцев,
Ярванда, Бахрата и
проч. Родамист презирает слишком людей, чтобы от них бояться
чего-нибудь
важного. Он желает какого-нибудь важного происшествия, чтобы в
полной мере
предаться своей деятельности, измерить себя, людей и силу
обстоятельств,
насколько он их превысить может, - враги нужны великому
человеку. Но
скрытно и прилежно велит за ними наблюдать, при первом
двусмысленном
движении донести ему вновь; если требуется спеха, - схватить их
без доклада
ему и ввергнуть в оковы; если опасность неминуема, - без
исследования
предать смерти. Отпускает Аспруха с евнухом; несколько слов о
Зенобии, о
гареме; евнуху поручает насчет женщин, как Аспруху о вельможах.
Родамист
один, Смутное предчувствие, недоволен своим положением.
-----
Но кто этот, бродит вокруг ставки, в часы царского отдохновения,
когда
никто сюда не смеет приближаться? Боязлив, озирается... Родамист
готовится к
обороне, но делает вид, будто не замечает скрытного врага. Ассюд
сперва
медленно подступает, потом устремляется на царя, обезоружен им и
ранен в
руку.
-----
В 2-м <акте> Ассюд хочет заколоть Родамиста, тот удерживает его,
притворное соучастие, выманивает у него тайну, потом
свирепствует.
-----
В 3-м <акте> заговорщики ссорятся о будущей власти, в эту минуту
устремляется на них Родамист. |
